Конечность и цифровое бессмертие: к вопросу об онтологической границе познания

В статье предпринимается попытка философского осмысления проблемы человеческой конечности в контексте творчества Л.Н. Толстого и представлений о сознании в эпоху цифровой трансформации. Сопоставление классического художественного текста с современными трансформациями сознания задает онтологический ракурс анализа, в котором переживание времени и телесности рассматривается как пограничная зона конституирования опыта, выявляющая пределы человеческого познания в условиях медиированной цифровыми технологиями реальности. На материале повести «Смерть Ивана Ильича» рассматривается, как осознание пределов существования становится условием истины и способом самопонимания. Повесть Толстого рассматривается как своего рода лаборатория предельных ситуаций, где разрушаются социальные маски и привычные нарративы успеха, а опыт болезни радикально обнажает экзистенциальную уязвимость субъекта. Автор применяет феноменологический подход, позволяющий рассматривать изменения характера сознательного опыта и формы познавательного отношения к миру в информационно-сетевом пространстве. В этой перспективе традиционные категории личности, памяти и ответственности пересматриваются через призму цифровых практик фиксации жизненных событий, алгоритмического отбора значимого и постоянной доступности биографических данных. Особое внимание уделено взаимосвязи понятий смерти и цифрового бессмертия, которые в современном онтологическом мышлении образуют новую проблематику бытия. Отмечается, что практики поддержания цифрового следа субъекта в виде профилей и аватаров не устраняют опыт смертности, но переоформляют его, связывая конечную жизнь с потенциально неограниченной циркуляцией данных о ней. Показано, что переживание границы раскрывает внутреннюю динамику сознания, а признание предельности человеческой жизни становится основанием подлинного существования в мире сетевой реальности. В результате анализ толстовского текста в сочетании с феноменологией цифровой среды позволяет по-новому обозначить пределы человеческого существования и задать вопрос о возможных сценариях их преодоления или принятия.

1. Флориди Л. Философия информации / пер. с англ. Е. П. Лепинской. М.: URSS, 2021. 296 с.

2. Stiegler B. The Age of Disruption: Technology and Madness in Computational Capitalism. Cambridge: Polity Press; 2019. 428 p.

3. Robitzsch S., Kvart I. The epistemic significance of non-epistemic factors: an introduction. Synthese. 2022;(200(3)). DOI: 10.1007/s11229-022-03611-3.

4. Piovarchy A. Vice epistemology, norm maintenance and epistemic evasiveness. Synthese. 2023;(201(105)). DOI: 10.1007/s11229-023-04086-6.

5. Толстой Л.Н. Смерть Ивана Ильича. Повести и рассказы. М.: Художественная литература, 1981. С. 259–308.

6. Кант И. Критика чистого разума. М.: Мысль, 1994. 560 с.

7. Гуссерль Э. Идеи к чистой феноменологии и феноменологической философии. Книга I. М.: Дом интеллектуальной книги, 1999. 412 с.

8. Хайдеггер М. Бытие и время. М.: Ad Marginem, 1997. 451 с.

9. Бердяев Н. А. Смысл творчества. М.: Мысль, 1994. 312 с.

10. Франк С.Л. Смысл жизни. М.: Республика, 1992. 208 с.

11. Бибихин В.В. Собственность жизни. СПб.: Наука, 2001. 144 с.

12. Han B.-C. The Transparency Society. Stanford: Stanford University Press; 2015. 96 p.

13. Янкелевич В. Смерть. М.: Издательство Литературного института им. А.М. Горького; 1999. 304 с.

14. Heinämaa S. Vocational life: personal, communal and temporal structures. Continental Philosophy Review. 2023;56(3):461-481. DOI: 10.1007/s11007-023-09609-z.